МойОфис выяснит, кто обитает на дне океана

Весной 2022 года МойОфис стал одним из символов импортозамещения в IT. В моменте из России ушли практически все международные IT-компании, но вот в области работы с документами имелись отечественные гиганты, и одним из них был именно МойОфис. В отличие от Р7, который может и был отличным продуктом, но явно не был готов к стремительному импортозамещению, МойОфис довольно быстро оседлал новую IT-политику. Продажи этого офисного пакета взлетели, и все было хорошо, пока не настало время продлевать лицензии. И вот тут оказалось, что, цитируя классика, пользоваться этим офисным пакетом никто не собирался.

К тому времени МойОфис внезапно перетек в руки Лаборатории Касперского, а основатель остался с миноритарным пакетом в 5%. Что не мешало ему активно комментировать все происходящее с его детищем. Именно с его слов, кстати, мы узнали, что контракт с назначенным в 2024 году генеральным директором Вячеславом Закоржевским продлевать не будут, а его место займет начальник юридической службы компании Наталья Балясова.

Что же пошло не так? Если верить самому Вячеславу Закоржевскому, бизнес дал крен еще в 2023 году, когда оказалось, что первый гигантский спрос на лицензии в 2022 году сменился скептицизмом в 2023 году: плохие отзывы не помогали продажам, и те пошли вниз.

Легко сказать, что у Закоржевского ничего не получилось. Есть ведь цифры - выручка 2025 года оказалась в разы ниже запланированной и едва добралась до миллиарда рублей, а убыток сначала заявили в 4 миллиарда рублей, а позже пересчитали до 8,8 миллиарда рублей.

Если же смотреть на эту историю чуть шире, то становится понятным, что в Лаборатории Касперского все поняли еще в 2025-м: МойОфис тонет и пора сбрасывать балласт. Вариант потопить эту шхуну и забыть про нее как про страшный сон, очевидно, рассматривался, но по каким-то причинам было принято решение тащить чемодан без ручки и дальше, просто сделать эту ношу легче.

Это подтверждается самим Евгением Касперским, в интервью ТАСС на ПМЭФ он сказал буквально следующее: “Сейчас мы решили перевести актив, что называется, в режим “медленного огня”. То есть поддерживаем продукты и разработку, но не в тех объемах, в которых она была раньше”.

Вряд ли озвученное Касперским решение было принято накануне, сокращения в МойОфис - как продуктовые, так и персонала - начались раньше и продолжаются до сих пор. Да и пересчет чистого убытка с 4 до 8,8 миллиардов произошел за счет “нематериальных активов”, можно предположить, что именно за счет отмены уже разрабатываемых продуктов с последующим списанием понесенных на эту разработку расходов.

Назначение генеральным директором юриста компании может указывать на то, что МойОфис переводят в режим жесткой сушки: соблюдение всех договоренностей, поддержка проданных продуктов, но без каких-то амбициозных проектов, сжирающих деньги. Одних только кредитов Лаборатория Касперского вкачала в МойОфис на 25 миллиардов рублей, и это не считая иных заимствований, которые верифицировать возможности нет. Продолжать вкидывать в эту черную дыру миллиард за миллиардом, очевидно, Евгений Валентинович желанием не горит.

Невозможно не вспомнить об аналогичной по сути (но не по финансам) ситуации, с которой столкнулась Microsoft. В начале 2010 года пакет MS Office превратился в стагнирующий актив. Отличие было в том, что это был высокомаржинальный актив, приносивший стабильный и внушительный доход. Однако для бизнеса, который смотрит вперед, снижение динамики является куда более важным индикатором, чем выручка и доходность здесь и сейчас. Поэтому было принято решение трансформировать бизнес-модель с единичной продажи новых версий в подписку. В моменте это снижало выручку (подписка, все же, дешевле разового платежа), но на длинной дистанции сделало бизнес на офисных пакетах понятным и предсказуемым.

МойОфис по сути столкнулся с тем же кризисом ограниченности первого импульса продаж: MS Office перестал расти по количеству установок вместе с насыщением рынка персональными компьютерами, МойОфис - вместе со снижением накала импортозамещения и увеличением конкуренции, это все же не уникальный импортозамещенный продукт.

Хотелось бы сказать, что смена Закоржевского на Балясову может дать тот же эффект, что произвела смена Балмера на Наделлу. Но это, конечно, красивая, но неточная метафора. Балмера поменяли в момент, когда Microsoft была прибыльной, но последовательно теряла новые рынки и направления. Закоржевского меняют в моменте, когда требуется остановить финансовое пике, пусть и не им начатое. Наделле нужно было облегчить грузное судно и ускорить его, чтобы не отстать за яхтами-стартапами, Балясовой же предстоит выяснить, кто обитает на дне океана и подготовить все к тому, чтобы МойОфис смог оттолкнуться от этого дна.