Мобильные номера в России кончатся раньше, чем SIM-карты
Интересно, как с завидным постоянством раздувается тема дефицита SIM-карт. Вот источник Коммерсанта «близкий к правительству» заявляет, что ежегодная потребность операторов в SIM-картах составляет 70-100 миллионов SIM-карт, ну а так как министерство требует переходить на SIM-карты с отечественным шифрованием, нас ждет жуткий дефицит, ведь Микрон может производить лишь 20 миллионов чипов. Забавное в том, что решить эту проблему можно — достаточно заставить платить абонентов за SIM-карту полную стоимость. Мгновенно исчезнут многочисленные дилеры, единственной задачей которых является прокачка показателя «абонентской базы» путем бесконтрольной раздаче симок. Единственное, что сегодня сдерживает операторов от этого шага — боязнь, что медиа воспримут падение базы как некий кризис бизнеса. Хотя все понимают, что нет в России 200 миллионов абонентов, есть 200 миллионов SIM-карт, по которым за последние три месяца производилась хотя бы одна операция или транзакция.
За всем этим мало кто задумывается о настоящей проблеме, которая с каждым годом становится все более актуальной. Мы говорим о дефиците номеров. Ибо SIM-карты можно произвести в любом количестве, тогда как количество абонентских номеров, выделяемых операторам ограничено. Косвенным подтверждением того, что номеров уже не хватает, является повторный запуск в продажу номеров бывших в употреблении. Иногда это приводит к неприятным казусам, когда в Telegram абонент получает уведомление, что его мертвый родственник «теперь в Telegram!». Сегодня к подобному все уже как-то привыкли, но повторная продажа номеров оказалась лишь предвестником бури.
Многочисленные сервисы по блокировке нежелательных звонков выдают черную метку миллионам номеров. В одной только базе Яндекса уже 5 миллионов номеров, идентифицированных как спам или мошенничество. А ведь помимо Яндекса есть операторские фильтры, есть аналогичные сервисы других компаний. В результате никто не знает, сколько именно номеров уже заблокированы в большинстве фильтров. Но есть мнение, что количество их растет с каждым днем. Потому что очередному «дознавателю центрального сидельческого комитета» ничего не стоит сменить номер и продолжить обзвон, а номер, с которого он звонил, через полгода поступит в повторную продажу. И нового владельца может удивить, чего это его номер блокируется большинством абонентов.
Можно возразить, мол, нормальные люди если и звонят, то по мессенджерам, а там-то никаких подобных блокировок нет. Что ж, это до поры до времени. Уже в прошлом году мошенники начали осваивать WhatsApp, мимикрируя в нем под какую-нибудь службу безопасности Сбербанка. Так что аргумент слабоват.
Впрочем, будем откровенны — абсолютное большинство абонентов мобильных операторов держатся за свои номера, и если уж оператор совсем достанет — переносят номер к другому. Потому что номер стал новым паспортом, к номеру привязаны учетные записи, банки, мессенджеры. Кража номера чревата куда большими проблемами, чем пять лет назад. И при этом мало кто может вспомнить хотя бы десяток номеров кроме своего. То есть, с одной стороны, номер стал абсолютной валютой, с другой стороны никто номеров не запоминает, с третьей стороны, мошенники и спамеры последовательно меняют миллионы номеров, которые в будущем уходят в повторную продажу вместе со всей шлейфом в виде черных списков в спам-фильтрах.
И есть у нас подозрение, что дефицит чистых, новых номеров будет куда серьезнее, чем мифический дефицит SIM-карт.