Google разрешила платить мимо кассы Google разрешила платить мимо кассы Актёр клонировал голос, чтобы отбиться от пиратов Актёр клонировал голос, чтобы отбиться от пиратов TSMC переводит ИИ на свет TSMC переводит ИИ на свет YouTube судят за то, что он не отключил рекламу Premium-подписчикам YouTube судят за то, что он не отключил рекламу Premium-подписчикам

Китайский автопром порабощает Европу

3 мин
Иллюстрация сгенерирована ИИ-сервисом Perplexity

Европа хочет провернуть такой же финт с китайским автопромом, как в прошлом удалось реализовать с китайским телекомом. Семь лет назад США внесли Huawei в черный список, что послужило началом последовательного выдавливания китайских производителей с европейского телеком-рынка. Нюанс был в том, что именно благодаря дешевому оборудованию Huawei и ZTE европейскому телекому удалось пережить первую фазу кризиса, но эффект оказался краткосрочным и сегодня операторы ЕС пытаются убедить еврочиновников ослабить регуляторную хватку.

Все указывает на то, что с китайскими производителями электромобилей ЕС хочет сделать то же самое. Введенные в 2024 году дополнительные пошлины на ввоз китайских электромобилей с поставленной задачей – сделать европейский автопром снова великим – не справились. Более того, даже с учетом заградительных тарифов на импорт, достигающих 35%, китайские электромобили сохраняют и ценовую, и потребительскую привлекательность. Более того, за один только первый квартал 2026 году в Европу было завезено китайских электромобилей почти на 8 миллиардов долларов.

Китайские автопроизводители наращивают экспорт не просто так: на локальном рынке государство сворачивает программу субсидий и даже вводит запрет продавать электромобили ниже себестоимости. При этом китайский автопром явно находится в состоянии перепроизводства, а потому довольно агрессивно идет на иные рынки, в первую очередь – в Европу. В США путь закрыт, в Азии все не так однозначно, арабы, сидя на нефти, не видят особого смысла в зеленом переходе.

Чтобы обойти заградительные пошлины, китайские автоконцерны постепенно скупают активы европейских, японских и американских автопроизводителей в Европе, а те с удовольствием их продают. У той же Stellantis (Peugeot, Citroen, Fiat, Chrysler, Jeep и Vauxhall) производственные мощности позволяют производить не менее 800 тысяч автомобилей ежегодно, но заводы простаивают. Поэтому неудивительно, что французский завод концерна будет производить линейку Dongfeng Voyah, а испанские заводы будут выпускать электрокары Leapmotor. Американский Ford продал сборочный цех на испанском заводе концерну Geely, а три завода Nissan в Барселоне были переданы Chery, пусть и в формате совместного с испанской компанией, предприятия.

Дальше всех пошла BYD, которая наметила масштабную инвестиционную программу в Венгрии: помимо старта конвейера на новом заводе, компания хочет потратить больше 2 миллиардов долларов на строительство 20 тысяч станций быстрой зарядки электрокаров. Более того, компания BYD не скрывает своего желания приобрести европейские автобренды.

Все это очень напоминает историю с Huawei и ZTE, которые так же стремительно захватили европейский рынок, но впоследствии были из него вытеснены под предлогом безопасности. Разница лишь в том, что в этот раз ЕС даже если и захочет повторить эту историю, то вряд ли у него что-то получится. Одно дело заставить частные компании осуществить замену оборудования, прикрывая эти требования некими вопросами безопасности, и совсем иное – запрещать гражданам что-либо покупать и экспроприировать заводы у зарубежных компаний.

Очевидно, Китай выучил прошлый урок, и теперь китайские компании стремятся не просто продавать электромобили, но максимально интегрироваться в рынок, ставя европейского регулятора в совершенно иную позицию. Выкупая заводы и бренды, китайские компании стараются хеджировать риски и сделать максимально сложным процесс «отказа», если таковой будет инициирован.

Забавно, что завод Nissan Motor, построенные в британском Сандерленде в 80-х годах, и считающийся «триумфом» политики Маргарет Тэтчер по использованию японских технологий и подхода к производству, сегодня передается китайской Chery. Не весь, но половина. Видимо, дело не только в технологиях и менеджменте.

// Сергей Половников