Страсти по биометрии и мошенникам
На прошедшем вчера мероприятии «Безопасность клиента на первом месте», организованном коллегами из Ведомостей, много говорили о том, как защитить россиян от мошенников с помощью высоких технологий. Одной из неоднозначных цитат стала сентенция министра связи Максута Шадаева, в которой он сообщил об обсуждении некоего механизма фиксации биометрических данных мошенников с целью использовать их в системах противодействия. Уж не знаем, кто готовит речи Максуту Игоревичу, но в последнее время создается такое впечатление, что за симулякрами и канцеляризмами все чаще теряется смысл.
Цитата по ТАСС (ибо видеозапись иезуитски удалили): «Сейчас обсуждается большой пакет мер по антифроду. Среди этих мер, например, обсуждается, что мы должны в любом случае формировать базу биометрических образцов мошенников. И второе — мы хотим дать операторам связи возможность использовать ИИ для выявления попыток воздействия на абонентов. Это будет норма закона».
Нам не очень свойственно выступать в роли адвоката чиновников, но в ситуации, когда даже коллекционеры почетных грамот решили использовать момент и изобразить свою независимость через ерничание «ну вот, сейчас будут записывать все звонки, ай ай ай», стоит дать немного контекста.
Разумеется, имелось в виду введение в законодательство неких норм, которые позволяют использовать голоса мошенников для их идентификации (а вы о какой биометрии подумали?). Сегодня, если кто-то подзабыл, все разговоры пишутся (спасибо Яровой и ее инициативам 2016-го года). Поэтому речь идет не о записи разговоров, а об использовании этих записей не только силовыми ведомствами, но и частными компаниями. Чтобы внести голос в свою базу данных, используемую в антифрод-платформах, требуется юридическое обоснование. На сегодняшний день его нет.
К тому, что любимое министерство и их коллеги не умеют простым языком объяснять сложные вещи мы давно привыкли. И даже смотрим на это как на очередную умозрительную задачу: всегда интересно, что на самом деле имелось в виду. Но хотелось бы поменьше кошмарить людей, которые находятся вне контекста, а коллеги предпочитают давать цитаты без контекста и объяснений. К слову, у Ведомостей вышел неплохой разбор этого выступления Максута Шадаева, жаль, что почитать бесплатно его не получится.
Остается, разумеется, открытым вопрос с подделкой биометрических данных. Голос подделать сегодня легче всего, и если система заработает, так сказать, в полную силу, то в базах появятся не только голоса наших неугомонных соседей, но и какого-нибудь Дмитрия Маликова и простых граждан, голоса которых раньше просто имитировали (мама, срочно переведи денег, я в милицию попал), а теперь — спасибо технологиям — можно генерировать (благо для качественной генерации достаточно лишь нескольких минут оригинальной речи жертвы).
Как нам кажется, если уж бороться с мошенниками, то нужно в первую очередь обесценивать конечное действие. Ведь звонят они не с целью поболтать о погоде, а заставить жертву перевести деньги. Которые впоследствии изымаются из банковской системы и растворяются в неизвестном направлении.
Так не лучше бы как-то уже разобраться с тем, кто именно прикрывает глаза на странные движения денежных средств в банковской системе? При открытии кредитной карты банк крайне придирчиво подходит к определению лимитов и объемам операций по ней, и это понятно — это же деньги банка. Ну а как доходит до дебетовых карт дропперов, то тут натурально «гуляй рванина» и «твори бардак, гладь гусей».
Мы прекрасно помним нулевые и до боли похожие проблемы с SMS-мошенничеством. И не поверите, исчезло все в один момент. Когда сами операторы — а именно они были конечным пунктом движения денег от жертв во внеший мир — просто сказали: «нет». И все прекратилось.
Так может уже перестать двигать кровати? Дело явно не в них. И не в простынях.