Ставки на шорт

В этом году, да и в прошлом, мы много писали о причинах бума криптовалют, NFT, и тому подобном. И в общем-то, не очень хочется на этот счёт повторяться. Фундаментально ничего не изменилось и желающие могут прочитать или прослушать старые реплики на эти темы, они так же актуальны, как и в момент публикации.

Но у крипторынка есть довольно интересное свойство: иногда, соприкасаясь с той или иной индустрией, он может выступать в качестве своеобразного проявителя. И тогда интересней смотреть не сам блокчейн, а на то, к чему его пытаются привязать. К примеру, рынок произведений современного искусства. Ну да, появились NFT, медиа наводнили заявления о сомнительных сделках. Какие-то люди покупают непризнанные шедевры сами у себя и таким образом легализуют капитал. Кто-то просто заманивает в пирамиду, имитируя фантастический рост цен на свои таинственные активы. Вроде бы везде приставка «крипто», но никто почти не шифруется, такой вот парадокс.

У людей из других отраслей, вроде нас, после знакомства с криптоверсией рынка современного искусства, могут появится сомнения и в её оффлайновом брате-близнеце. Несколько минут в Гугле, и таки да, те же самые манипуляции существуют уже давно и в оффлайне. Просто все устроено гораздо тоньше, аккуратнее и так далее. Технологии всего лишь создали ситуацию, когда юридические риски заметно ниже и можно практически не обращать внимание на всякие условности.

Теперь вот началась череда скандалов связанная с компьютерными играми. На этой неделе, разработчики очень ожидаемой в определённых кругах игры «S.T.A.L.K.E.R. 2», вынуждены были покаяться и отказаться от NFT. Причиной тому стало массовое возмущение фанатов и неиллюзорная угроза кэнселинга.

Тут самое интересное в том, что именно возмутило фанатов и откуда такая ненависть к NFT? Всё дело в том, что компьютерные игры давно страдают от агрессивных механизмов монетизации. То есть огромного количества способов, которые вынуждают игроков тратить все больше и больше реальных денег во время игрового процесса. Во многих мобильных играх дело дошло до того, что разработчики сперва придумывают финансовые механики, а потом уже начинают создавать игру, которая может их эксплуатировать. Разумеется, всё это очень быстро скатилось к красиво упакованным азартным играм. Дополненных отслеживанием активности, машинными обучением и прочими способами повышения эффективности дойки.

Подобная среда не могла остаться в стороне от крипторынка. И очень быстро появились продукты, где в качестве внутриигровых предметов используются NFT. Сам игровой процесс в таких продуктах уже перестал играть какое-либо значение, ибо тут удалось соединить лучше из двух миров — пирамид и казино.

Не трудно представить, какая репутация сложилось у подобных продуктов в среде геймеров. Особенно тех, кто вырос на старых однопользовательских играх без микротранзакций, вроде первой части S.T.A.L.K.E.R. Поэтому стоило лишь написать заветные три буквы в пресс-релизе, как в разработчика полетело всё, чем можно кидаться.

Тут можно было бы многое сказать о регулировании рынков, существующих угрозах, сообществах которые им противостоят и так далее. Но, опять же, все слова уже сказаны ранее. А тот уровень знаний, который демонстрируют некоторые уполномоченные борцы, достаточен, в лучшем случае, лишь для того, чтобы регулировать громкость телевизора, не более того.

Но тут, как и с рынком современного искусства, криптоинструменты удивительным образом делают картину контрастней и показывают, насколько мало сейчас различие между мобильными, де-факто азартными играми и финансовыми рынками. И все сложнее становится сформулировать: чем современный массовый инвестор отличается от лудомана?